На начальную | Издания библиотеки | Сборники


СОДЕРЖАНИЕ

  • От составителя

    А. С. Пушкин и Якутия

  • Кулаковский А.Е. Главнейшие достоинства поэзии Пушкина
  • Неустроев Н. Д. Тылбаасчыттан (на якут. яз.)
  • Аммосов М. К. О Пушкине, об якутском улусе и о культурном подъеме
  • Ойунский П. А. Значение столетнего юбилея со дня смерти А. С. Пушкина и наши задачи
  • Потапов С. Г. Улуу поэт хоhоонноро (на якут. яз.)
  • Замечательная выставка
  • Якутский Н. Пушкин и якутская литература
  • Ефимов М., Дьячковский Н. "Здравствуй, племя, младое, незнакомое!"
  • Аба5ыыныскай А. Саха литературатын сайдыытыгар нуучча литературатын сабыдыала (на якут. яз.)
  • Воскобойников М. Г. Пушкин на языках народов Севера
  • Ответ клеветникам
  • Данилов Софр. П. Республика культурнай оло5ор кэрэ-бэлиэ событие (на якут. яз.)
  • Джон Джангылы. Моя работа над переводом
  • Протодьяконов В. А. Крупный успех якутской литературы
  • Афанасьев В. Ф. Великий русский поэт
  • Васильев Г. М. Поэзия кyлyмyрдyyр чыпчаала (на якут. яз.)
  • Самыгина М. Г. В библиотеке его имени
  • Тарский Г. С. На языке якутском полнозвучен
  • Болот Боотур. Нуучча ытык сиригэр (на якут. яз.)
  • Кyннyк Уурастыырап. Кэрэни кэскиллээбитэ, yтyенy yйэтиппитэ (на якут. яз.)
  • Тумат С. "Евгений Онегин" тылбаастаныыта (на якут. яз.)
  • Пухов И. В. Пушкин на якутском языке
  • Габышев Н. А. Улуу Пушкин (на якут. яз.)
  • Сыромятников Г. С. Пушкин модун сабыдыалынан (на якут. яз.)
  • Аввакумов П. Д. Yерэтэр-yчyгэйгэ, ынырар кырдьыкка (на якут. яз.)
  • Башарина З.К. Мы с именим твоим росли
  • Михайлова М. Г. "Играя смехом и слезами"
  • Скрябина Н. Чистота и ясность
  • Бурцев А. А. В сокровищнице мировой литературы
  • Габышева Л. Л. Гармония и прелесть стиха
  • Егорова Ф. П. Yс кyлyгэр yнэбит (на якут. яз.)
  • Руфов С. Т. Мин кэтэхтэн университетым (на якут. яз.)
  • Кривошапкин А. В. Как сияющая вершина
  • Михайлов А. К. Наша память и боль, наша вечная слава
  • Мординов А. Е. А.С. Пушкинна баар нуучча тылын бар5а баайа, кэрэтэ (на якут. яз.)
  • Попов Г.В. Пушкин сахалыы тылынан (на якут. яз.)
  • Потапов И. А. Такое не забывается
  • Сивцев В. Т. Биhиги сyрэхпитигэр (на якут. яз.)
  • Суорун Омоллоон. Хас биирдиибит сyрэ5эр (на якут. яз.)
  • Чиряев В. Г. Волшебная музыка стиха
  • Шишигин Е. С. Пушкин уонна декабристар
  • Тарасов С. И. Прекрасное должно быть величаво
  • Васильев Ю. И. А.С. Пушкин остуоруйалара сахалыы тылынан (на якут. яз.)
  • Васильева Д. Е. Проза А. С. Пушкина и творчество Н. Заболоцкого
  • Анисимов В. М. С именем Пушкина
  • Малеванчук А. М. Любимец муз в Якутии
  • Васильев И. Мой дед - переводчик А.С. Пушкина
  • Павлова В.Н. Ф.Ф. Матюшкин друг А.С. Пушкина
  • Петров П. П. - Хардыы. А.С. Пушкин аймахтара былыргы Дьокууйскайга (на якут. яз.)

    Отзывы и рецензии на произведения А.С. Пушкина

  • Ксенофонтов Г.В. А.С. Пушкин "Алтан Аттаа5ын" символларын туhунан (на якут. яз.)
  • Эллэй. Александр Сергеевич Пушкин (на якут. яз.)
  • Попов Л.А. Евгений Онегин (на якут. яз.)

    Обложка

  • Чувства добрые я лирой пробуждал
    А. С. Пушкин и Якутия

    Слепцов П. А. Перевод классики и литературный язык
    (на материале переводов произведений А. С. Пушкина на язык саха)

    П.А. Слепцов,
    доктор филологических наук,

    История литературных языков знает немало случаев, когда у их истоков стояли переводные сочинения. Более того, зарождению, становлению и развитию многих литературных языков постоянно сопуствовали переводы и в различные периоды развития литературных языков имели на них порой решающее влияние. Поэтому можно считать глубоко верным положение академика Р.А. Будачова, по которому "общая история переводов неотде-лима от общей истории литературных языков", а "история художественных переводов неотделима от истории художественного стиля языка, от состояния художествен-ной литературы того или иного народа" (Будачов Р.А. литературные языки и языковые стили. М., 1971. - С. 282).

    Как известно, классики русской литературы придавали переводу большое значение и сами были замечательными мастерами художественного перевода. А.С. Пушкин неоднократно высказывался по вопросам перевода. Так, в 1830 году говоря о переводе П. Вяземским романа Б. Констана "Адольф" на русский язык отмечал, что переводчик блестяще переодолел трудности отвлеченного "метафизического языка" оригинала. Именно в этом отношении А.С. Пушкин считал перевод "истинным созданием и важным событием", связав, таким образом, художественный перевод с развитием литературного языка.

    Якутские писатели старшего поколения, великолепные мастера художественного слова, постоянно занимались переводом русской классической литературы, особенно произведений А.С. Пушкина. Первыми переводчиками произведений А.С. Пушкина были классики якутской литературы: П.А. Ойунский, А.И. Софронов, Н.Д. Неустроев, народные поэты Эллэй, Урастыров, Семен Данилов и многие другие.

    По нашим неполным данным, в переводе произведений поэта участвовало свыше 30-ти лучших поэтов, прозаиков и переводчиков. В настоящее время переведено свыше 150 произведений А.С. Пушкина, в том числе великолепный перевод "Евгения Онегина" Джона Джангылы (I изд. 1954, II изд. 1977), "Бориса Годунова" в разное время переводили П.А. Ойунский, Н.Н. Павлов и Н.Д. Неустроев, С.К. Дьяконов. Стал, можно сказать, классическим перевод лирики А.С. Пушкина, вышедший отдельным изданием (1940 г.) поэтом И. Арбита. Лучшим считается перевод прозаических произведений А.С. Пушкина крупным прозаиком, литературоведом и критиком
    Н.М. Заболоцким. Многие произведения А.С. Пушкина переводились неоднократно, а лучшие переводы стихов стали хрестоматийными, изучаются в школах наряду с оригинальными произведениями. Книги переводов издавались массовым тиражом. Так, по нашим данным издано около 20-ти книг тиражом около 215 тыс. экз.

    * * *

    Вопрос о влиянии языка переводческой литературы на литературный язык входит в более общую и многоаспектную проблему - язык художественной литературы и литературный язык. В этой проблеме обе стороны диалектически взаимосвязаны и взаимообус-ловлены. Мы тут коснемся только вопроса о влиянии художественных переводов на совершенствование норм якутского литературного языка на примере произведений А.С. Пушкина.

    Влияние хороших переводов на литературный язык может быть большим или меньшим, заметным или незаметным в зависимости от многих факторов. Среди этих факторов важнейшими представляются культурно-историческая традиция, сложившееся отношение к переводимым источникам, качественное и количественное соотношение переводной и оригинальной литературы, уровень и характер развития норм литературного языка, степень престижности языка, с которого делается перевод, разумеется, мастерство и авторитетность переводчиков и в конечном итоге определяющей является та общая культурная и социолингвистическая ситуация, которая сложилась в тот или иной период развития воспринимающей перевод среды. Имея в виду диалектику развития культуры в целом, можно также сказать, что развитие самого переводческого дела нормально обусловлено всей культурной и социальной ситуацией. Все это говорит о том, что к этому вопросу, как и всякому другому, мы должны подходить конкретно-исторически.

    Излишне было бы распространяться на тему о том, кем был А.С. Пушкин, его великие творения для якутских писателей, якутского образованного общества, какая традиция глубокого почитания и уважения существовала с дореволюционного времени по отношению к классичес-кой русской литературе и какой престиж имел великий русский язык - носитель этой культуры и мировой цивилизации.

    Как известно, произведения А.С. Пушкина на якутском языке стали широко распространяться среди якутского населения со II-й половины 30-х гг. в связи с юбилейными московскими изданиями двух книг - избранных произведений.

    Это было время исключительно интенсивного становления и формирования литературных норм якутского языка. Однако настоящей нормализации и кодификации в прямом и подлинном смысле еще не было (она началась с 40-х гг. с переходом на новый алфавит на основе русского). Роль нормативных образцов в то время выполняли художественные произведения и учебные пособия. Словом, это было время наиболее благоприятное и наиболее желанное для совершенствования, всяческого влияния на формирующиеся нормы литературного языка. Исключительно благоприятной была общая культурная и языковая ситуация тех времен - культурная революция была в разгаре, стар и млад тянулся к свету знаний, якутские школы набирали силу, выпуская массового читателя, можно сказать, существовал голод в литературе на якутском языке. А языковая ситуация была такова, что до сколько-нибудь сносного знания русского языка массой якутского населения было далеко - якутско-русское двуязычие находилось на очень низком уровне. И в этой обстановке появление своего Пушкина, заговорившего на родном языке, да еще в великолепных московских изданиях, выпущенных массовым тиражом, было огромным культурным событием. А переводы по тем временам были хорошими, отдельные поэтические произведения, такие как "Зимний вечер", "Зимняя дорога", "Туча" были просто великолепными. Эти стихи знали наизусть, они сразу стали хрестоматийными; зачитывались "Дубровским", "Капитанской дочкой", "Повестями Белкина" на якутском языке. По существу эти 2 книги стали основными хрестоматиями, их можно было видеть везде и всюду. Именно такого рода широко распространяемые в массах и любимые произведения художественной литературы оказывают наибольшее влияние на совершенствование литературного языка. Следует учесть и то, что классика требует особой ответственности, особого, повышенного внимания к языку переводов и это глубоко понимали переводчики, известные поэты и прозаики тех времен.

    В чем конкретно проявляется благотворное влияние переводов произведений А. С. Пушкина на формирование и совершенствование норм якутского литературного языка:

    I. Чеканный, прозрачный и образцово нормативный пушкинский язык сам по себе требовал адекватного в смысле ясности, прозрачности и, следовательно, высокой узуальной нормативности языка якутских переводов. В различных переизданиях шлифовка переводов также идет не только по линии усиления образности и выразительности, но и простоты, ясности, прозрачности (общепонятности) языка. А это является основным требованием к качеству норм любого литературного языка. Литературный язык и его нормы в принципе - это есть освоенное богатство народного языка, его обработка и закрепление в явлениях письменной литературы большого общественного и художественно-эстетического звучания. Поэтому мы можем с полным основанием утверждать, что строки из переводов "Зимней дороги":

    Сквозь волнистые туманы
    Пробирается луна,
    На печальные поляны
    Льет печально свет она.

    Долгун-будул туманнарга
    Чомполонон ый устар,
    Санньы-курус хонууларга
    Санааргыы, уотун кутар.

    (Перевод В.М. Новикова-Урастырова)

    -это не только высокое искусство перевода, но и в полном смысле - завоевание якутской художественной литературы и якутского литературного языка. А таких высоких образцов литературного языка в переводах произведений А.С. Пушкина множество.

    2.Развитие, совершенствование литературного языка и его норм состоит в стремлении к краткости, емкости и точности выражения мысли. Это общее направление развития литературного языка особенно наглядно, выпукло прослеживается в языке неоднократно издаваемых, неоднократно переводимых пушкинских произведений.

    В переводах хрестоматийных произведений А.С. Пушкина царил дух творческого состязания среди известных переводчиков и поэтов. И в этих переводах, особенно прозаических, мы наблюдаем, постепенное освобождение от экстенсивности форм выражения, от многословия, длинных сочетаний и так называемых "поясняющих", описательных переводов в ранних переводах, в частности, в "Избранных произведениях" 1937 г. каждый абзац, как правило, длиннее последующих. Это результат буквализма, неточного употребления слова, "компенсируемого" в представлении переводчиков сочетаниями нескольких слов, неверное употребление грамматических форм. Кроме того, в ранних переводах как бы учитывался уровень развития читателей и самого литературного языка, бедного терминами и номенклатурной лексикой, специально пояснялись исторические и страноведческие реалии - что приводило к пространным, описательным переводам. Довольно типичным является, например, такой перевод фразы из "Капитанской дочки": "Зурин велел подать пуншу - без пуншу что и служба!". По - якутски в 1937 г. звучало так: "Суурун чэйгэ арыгыны кутан саахары уган а5аларга соруйбута, чэйгэ арыгыны кутан испэккэ эрэ сулуусуба диэн туох сулуусуба буолуой диэбитэ." А в 1949 г. в переводе Н.М. Заболоцкого "Зурин пунш а5аларга соруйбута, пунша суох сулууспа диэн суо5ун...".

    В последующем краткость, точность и в то же время емкость выражения мысли, максимально близкие или адекватные оригиналу, достигались в основном путем постепенного введения русизмов, терминированных слов, словосочетаний, историзмов и страноведческой лексики с подстрочными пояснениями или с приложением словарей. Так в "Избранных произведениях" 1949 г. поясняются свыше 260 имен и терминов. Кроме того, с самого начала в текстах сохранилось большое количество новых слов, понятий типа: полк, тройка, кафтан, ремесленник, столица, почтальон, колоннада, портной, модный, чепчик, событие и проч. С подстрочными пояснениями даются, например: имение, гусар, гвардия, гарнизон, пехота, мрамор, кадетский корпус, стряпчий, харчевня, замок, картинная галерея, трюмо, жокей, мисс, пирожное, камердинер, локоны, афоризм и прочие сотни слов-неологизмов ЗО-х гг. постепенно вошли в активную лексику якутского литературного языка.

    Главной заботой переводчиков в совершенствовании перевода является стремление к точности словоупотреб-ления. В этом отношении характерны даже заглавия глав из "Капитанской дочки": поединок - биир-биир охсуhуу (1937 г.), кyeн кeрсyy (1949 г.), осада города - куораты хаайан ыксатыы (1937), куораты тeгyрyйyy (1949), мятежная слобода - иирээннээх солобуода (1937), eрe турбут солобода (1949). Фраза оригинала из повести "Дубровский": "Новое обстоятельство уничтожило и последнюю надежду на примирение" в 1937 г. была переведена: "Онтон биир эмиэ сана суол эйэлэhии адьас эрэлэ суох гына бэстилиэнэй ситими быhан кэбистэ" (с. 162). В 1949 году: "Онтон сана кyeрэйбит (биир) тyбэлтэ эйэлэhэр тиhэх эрэли букатын быспыта" (с.323). Во всех подобных примерах вторые варианты значительно короче, выразительнее и точнее первых.

    3. Многие слова в разговорном языке обычно имеют несколько неопределенное, расплывчатое значение, как бы размытые семасиологические границы. Подобные слова по условиям контекста могут пониматься по-разному или в неопределенном общем смысле. Перевод классики, хрестоматийных произведений, тем более изучаемых в оригиналах и в переводах в школе, способствует закреплению слов с неясным общим смыслом определенных значений, уточнению, укреплению семасиологических границ слова. В этом отношении весьма показательным является перевод хрестоматийного "Памятника" разными авторами. Предпоследняя строфа:

    И долго буду тем любезен я народу,
    Что чувства добрые я лирой пробуждал,
    Что в мой жестокий век восславил я свободу
    И милость к падшим призывал.

    переведена А. Дехсиляховым (1937г.):

    Лиирэм кyндy eлy уhугуннарбытынан,
    Уор yйэбэр Кeнyлy албаабыппынан,
    Самныбыкка аhыныыны ынырбыппынан,
    Норуокка eр таптатыа5ым.

    И. Чагылганом (1937г.):

    Мин лиирэм yтye дьайы уhугуннарара,
    Миигин норуот онон eргe дылы таптыа -
    Кырыктаах yйэбэр кeнyлy аатырдарым,
    Охтубуту аhын диирим.

    И. Слепцовым-Арбита (1940):

    Yтye санаалары лиранан уhугуннаран,
    Кyтyр yйэбэр Кeнyлy э5эрдэлээммин,
    Быстыбыт айма5ын салгыыр eйy булларан
    Oр таптатыам бар дьоммор мин.

    Г. Васильевым (1938, 1949):

    Мин уhуннук таптатыам бар-дьоммор, норуоппар
    Yтye иэйиилэри лиирэнэн уйгуурдан,
    Бу кырыктаах yйэбэр кeнyлy туойбуппар -
    Умсубут бииhин уруйдаан.

    В целом перевод стихотворения следует признать весьма удачным, так как за дело взялись известные поэты и опытные переводчики. Однако, на наш взгляд, в переводе Дехсиляхова неудачны сочетания кyндy eлy, уор yйэбэр, Ча5ылгана - yтye дьайы, у И. Арбиты недостаточна выразительна первая строка. Тем не менее каждый переводчик даже в этом четверостишии внес в копилку литературного языка свою лепту: Дехсиляхов редчайший глагол (возможно, авторский неологизм?) албаа употребил очень удачно в значении "славить, восславлять", который как поэтизм получил гражданство. И. Чагылган внес в название стиха неологизм eйдeбyнньyк "памятник", созданный поэтом П.А. Ойунским вначале подхваченный Г. Васильевым, а в наше время широко употребительный. Г. Васильев очень удачно использовал емкое, но несколько размытым и синтаксически связанным значением слово иэйии как эквивалент русского "чувство". Вначале переводчик давал в сноске русский эквивалент слова иэйии(лэри) "чувство". В последующих изданиях сноска исчезла, что является показателем освоения слова в новом, уточненном значении. Даже без пояснения мы воспринимаем слово в новом качестве, зная пушкинский оригинал наизусть. В значительной мере из-за этого удачного творческого привнесения строка зазвучала очень выразительно: "Yтye иэйиилэри лиирэнэн уйгуурдан". Перевод Г.М. Васильева считается наилучшим и стал также хрестоматийным.

    Подобная семасиологическая обработка слова есть основное направление развития лексико-семантической системы литературного языка, его лексических норм в явлениях образцовых литературных текстов, в недрах письменной литературы вообще. Поэтому мы в известном смысле можем считать, что перевод классики - это тот оселок, на котором обтачивается вся лексико-семантичес-кая система литературного языка.

    4. Перевод классики дает не только уникальнейшие возможности учиться поэтической технике, но и широкие возможности для обогащения литературного языка новыми, необычными сочетаниями слов. В теоретическом плане вопрос этот выходит далеко за рамки собственно обогащения синтагматических возможностей языка, а выливается в проблему формирования нового качественного развития языка в сторону широкого переносного, метафорического употребления, что обеспечивает ускоренное развитие новой художественной стилистики в якутском литературном языке. Вопрос этот сложный, во многом спорный. Следует лишь напомнить, что писала якутская критика 20-х гг., на заре развития профессиональной поэзии по поводу стихов молодых: "Кyн уота кyлбyтyнэн кyндээрэн тахсар" - диир поэт. Сахалыы киhи бу курдук санарбат, кyлбyтyнэн кyн уота тахсыбат, кyн уота тыгар, кyн тахсар. Кyн уотун саха кyллэрбэт, кyндээрдэр, сандаардар, кытардар. Поэт пишет: "Солнце поднимается, сверкая улыбкой". Но якут так не говорит: солнце не поднимается сверкая улыбкой, солнце светит, солнце поднимается. По мнению якута солнце не улыбается, а светит, озаряет, алеет.

    В настоящее время в якутской художественной литературе широкое переносное метафорическое употребление слов стало неотъемлемым свойством самого литературного языка. И в этом процессе велика роль классической поэзии и в частности поэзии А.С. Пушкина. Разве можно, например, представить оригинальные стихи в середине 30-х гг., какие зародились в прекрасном переводе Элляя стихотворения А. С. Пушкина "Деревня":

    Где льется дней моих
    Невидимый поток
    На лоне счастья и забвенья.

    Мин кyннэрим кeстyбэт
    хал5аhата
    Манна дьол, умнул5ан
    тyehyгэр устар

    5. Несомненным является благотворное влияние хороших переводов на активизацию и функциональное совершен-ствование грамматических норм литературного языка. Рассмотрим фрагмент из вариантов перевода хрестоматийного стихотворения "Зимний вечер", который выходил свыше 10 раз в переводах Урастырова, Бэргэна, Григорьева и Арбиты:

    То как зверь она завоет,
    То заплачет как дитя.

    У П.Григорьева звучит:

    Арыт кыыл курдук улуйар,
    Арыт о5о курдук ытыыр.

    У Арбиты:

    Арыт о5о курдук ытыыр,
    Арыт кыыллыы часкыйар.

    У Бэргэна:

    Арыт кыыл курдук улуйар,
    Арыт ытаан сонуйар.

    У Урастырова:

    Арыт кыыллыы улуйбахтыыр,
    Арыт ытаан ылбахтыыр

    Даже неискушенный в грамматических тонкостях якутского языка читатель предпочтет вариант Урастырова из-за впечатляющей силы грамматических форм "кыыллыы улуйбахтыыр, ытаан ылбахтыыр".

    Следует заметить, что поворот от экстенсивности форм выражения к интенсивности, т.е. сокращение отрезков текста при одновременном повышении его точности, выразительности во многом достигается в якутском языке за счет умелого использования грамматических форм, грамматических ресурсов языка. Это основное направление содержательного функционального развития грамматических норм литературного языка.

    Таким образом, перевод классики, в частности произведений А.С. Пушкина, не только прекрасная школа художественного и переводческого мастерства, но и уникальная возможность совершенствования норм якутского литературного языка на всех его уровнях. Поэтому имеется необходимость издания произведений А.С. Пушкина (и не только поэзии, но и прозы) в новых переводах, выполненных на уровне современных требований.